Что происходит в Республиканском наркологическом диспансере?

Отделение неотложной наркологической помощи, что расположено на Сысольском шоссе Сыктывкара, в молодежной среде хорошо известно: сюда обычно доставляют тех, кто «перебрал» спайсов или дозу дезоморфина.
Пару лет назад, когда у врачей еще не было большого опыта лечения «спайсеров», отделение в определенных кругах даже звалось «убойным отделом»: пациент во время «ломки» мог впасть в кому и даже умереть. К счастью, на помощь доставленным больным приходили медики. Главное было — вовремя доставить «спайсера». Однако похоже, что сейчас уже сама «неотложка» нуждается в экстренной медицинской помощи…

В отделение неотложной помощи попадают больные в критическом состоянии.

Сор из избы

В ноябре прошлого года в приемную главы РК, главного федерального инспектора, прокурора республики, Министерства здравоохранения и Государственной инспекции труда поступили жалобы от коллектива той самой «неотложки», которая официально называется отделением неотложной наркологической помощи регионального наркологического диспансера (ГБУЗ РК «КРНД»).
В обращении содержалась резкая критика в адрес главного врача Ю. Пасынковой. Авторы утверждали, что коллектив вместо нормальной работы «пишет по требованию главврача различные объяснительные и обращается в инстанции с целью защитить свои права». А многие сотрудники, доведенные до отчаяния, были вынуждены
уволиться.
В жалобе указывалось на то, что коллектив уже обращался к главе республики и в Минздрав с просьбой решить вопрос о соответствии Пасынковой занимаемой должности еще в 2016 году, однако реакции не последовало. За прошедшие годы авторитет главврача в глазах коллектива сильно упал, на что подействовало, в частности, ее совместительство, за которое она назначила себе стимулирующую надбавку в 150 процентов. В письме отмечалось, что ситуация особенно обострилась в октябре прошлого года, когда стало известно о сокращении численности сотрудников диспансера.

Нет человека – нет проблем

В отведенные сроки «жалобщики» получили ответы, которые, по их мнению, говорят только об одном: Минздрав своих не сдает! Прокуратура отправила письмо по подведомственности, инспекция труда сослалась на то, что разногласия в коллективе относятся к трудовым спорам, а их она решать не вправе. В свою очередь министр здравоохранения Дмитрий Березин написал, что «штатное расписание разрабатывается учреждениями здравоохранения самостоятельно», причем указал, что определяется оно руководителем учреждения.
Легло письмо, по всей вероятности, и на стол Ю. Пасынковой, поскольку вскоре в диспансере был найден «смутьян», который «мутит воду»: им оказалась заведующая отделением «неотложки» Валентина Тимофеева. Главный врач в короткие сроки объявила ей несколько дисциплинарных взысканий, за которыми обычно следует приказ об увольнении за систематические нарушения.
Главе республики ушло очередное обращение с просьбой защитить руководителя. Взыскания, по мнению подписавшихся, вынесены с нарушениями, без юридического обоснования. Сотрудники отметили, что за 22 года работы Тимофеева взысканий не имела и в данном случае речь, вероятно, идет о преследовании за критику.

«Миссия» невыполнима

А 13 ноября главный врач издала приказ за номером 419/3 об обустройстве приемного покоя в отделении «неотложки», которое при нынешнем положении вещей выполнить нельзя в принципе. Покой (кабинет) этот ни в коем случае не должен располагаться внутри отделения — таковы санитарные нормы. Когда заведующая отделением отказалась выполнить приказ, поскольку издан он в разрез с требованиями федерального законодательства, ей объявили очередной выговор.
Тимофеева обратилась за защитой в Управление по надзору в сфере защиты прав потребителей и благополучия человека, которое перенаправило жалобу «по компетенции» в Минздрав. Ответ она получила за подписью заместителя министра Евгении Котовой, где сказано, что «обустройство приемного покоя предпринято во исполнение предписания» Роспотребнадзора. При этом она все же указала, что внутри отделения делать его запрещено. В связи с этим «руководству ГБУЗ РК «КРНД» предложено рассмотреть иные варианты размещения приемного покоя». Но об отмене приказа о выговоре чиновница умолчала.
Другими словами, как считают в коллективе, главврач Пасынкова проявила если и не самоуправство, то попыталась перевалить свои обязанности на чужие плечи, при этом еще и наказав подчиненного. Министерское же начальство замечать этого не желает…

Планов громадье

Как считают в отделении «неотложки», в оплате их труда давно назрели перемены, однако руководство министерства не желает этим заниматься. Тимофеева уже который год пытается доказать, что нормы спускаемого сверху плана необходимо пересмотреть, поскольку ее работники премиальных практически не получают. А эти требования по пересмотру весьма надоели главному врачу.
Как показывает практика, система лечения за прошедшие годы сильно изменилась: две трети поступающих пациентов попадают в «неотложку» и нуждаются в интенсивном лечении под контролем врача-реаниматолога. К тому же многие наркологические заболевания излечиваются за долгий срок — некоторые пациенты находятся в стационаре 21 день. Другими словами, вместо 1200 по плану могут пролечиться гораздо меньше!
Причем изменился сам контингент больных — теперь лечение ведется во многом другими методами, нужны новые критерии для оценки сделанного. Но все оценивается количеством пресловутых «койко-дней» и по существующей системе оплаты труда стимулирующие надбавки сотрудникам Тимофеевой не положены!
В то же время в больнице существует наркологическое отделение, расположенное в Красном Затоне, такой же мощности на 25 коек, которое по плану должно за год обслуживать 500 пациентов. Но там система премирования применяется другая и оплата сотрудников тоже…

21 — лишний

В ноябре сотрудникам отделения «неотложки» наркодиспансера стало известно, что по приказу главного врача Пасынковой штат сотрудников сокращается, поскольку убираются койки — план по ним не выполняется. Теперь их будет не 25, а всего 20. Главное же новшество — главный врач сокращает и должности реаниматологов. С 1 марта в отделении их не будет совсем! В отделении все сотрудники в шоке, поскольку теперь человека с серьезным обострением лечить будет просто некому.
Наркозависимых в городе меньше не становится, наоборот, число больных увеличивается. Поэтому нагрузка на оставшийся персонал сильно возрастет, считает Тимофеева. Ее опыт показывает, что многие больные поступают в ночное время, часто в состоянии психоза, они в прямом смысле «буйные». Врач-нарколог не сможет оказать квалифицированную помощь такому пациенту. И что тогда? Причем Пасынкова заявляла, что все «буйные» должны лечиться в Республиканской больнице. Но там вообще не имеют представления о том, что делать с такими пациентами! И уже были случаи, когда больной нападал на медсестру приемного покоя, а один и вовсе выбросился в окно…
Вопрос о том, на каком основании производится сокращение, повис в воздухе. Министр Дмитрий Березин сообщил в письме Валентине Тимофеевой, что «штатная численность устанавливается учредителем или руководителем с учетом нормативов, предусмотренных приложением 23 к приказу Минздрава РФ от 30 декабря 2015 года за номером 1034н». По мнению коллектива «неотложки», как раз этот приказ и свидетельствует, что Ю. Пасынкова не права. В этом документе четко прописано: в отделении неотложной помощи при круглосуточной работе должно быть 5 (пять!) ставок анестезиолога-реаниматолога, и никак не меньше! А теперь не будет ни одной. При этом всем работникам известно, что врач-нарколог не имеет права заниматься реанимацией. Но если он не будет оказывать помощь поступившему больному, его действия подпадут под статью 125 Уголовного кодекса.

Слишком много знает?

Неугодна Тимофеева стала, видимо, еще и потому, что она много раз обращалась к руководству с просьбами о должном оснащении отделения. Не так давно ей стало известно, что была произведена закупка оборудования по программе модернизации наркологии на 20 миллионов рублей, однако по каким-то причинам приобретенная техника оказалась в Воркутинском диспансере. Установлено оно не было, а потом и вовсе оказалось в отделении реанимации Воркутинской больницы скорой помощи. В ответах на жалобы Тимофеевой указывалось, что необходимое оборудование в ее отделении имеется, а на подаваемые заявки на новые приборы нет средств: они «не являются в настоящее время первоочередной потребностью медицинской организации».
В настоящее время Валентина Тимофеева вышла в отпуск. Коллектив отделения неотложной наркологической помощи все еще надеется, что министр рассмотрит коллективное обращение и проведет объективную проверку изложенных фактов. Иначе быть беде…

Анатолий ПОЛЬКИН.

Мне нравится
В Телеграмм
В Одноклассники