В январе этого года в республике произошла странная история. Сначала чиновники подняли цены на авиабилеты внутри региона в полтора раза. А потом выяснилось, что летать-то, собственно, не на чем, да и некому. И непонятно, когда вообще появится перевозчик. Жители Коми, привыкшие к тому, что самолет для них – не экзотика, а способ выжить, оказались в ловушке: формально тарифы есть, фактически – улететь нельзя.

Керосин нынче дорог

30 января в Министерстве тарифного регулирования вышел приказ, утвердивший тарифы на субсидированные маршруты: Сыктывкар – Усть-Цильма – 8372 рубля (было 5581), Сыктывкар – Усинск – 8280 (было 5520), Сыктывкар – Воркута – 9315 (было 6210).
Таким образом тарифы поднялись сразу почти на 50 процентов. И это еще по-божески, считают чиновники ведомства. По их словам, даже новые тарифы остаются ниже «экономически обоснованных», то есть не покрывают реальной стоимости авиаперевозок. Ведь цены на авиатопливо, запчасти, ремонт авиационного оборудования и т.д. стремительно растут. Эксплуатация самолетов и аэропортной техники буквально с каждым месяцем становится все дороже.
В вышеуказанном приказе перечислены конкретные тарифы, которые, по идее, зависят еще и от типа самолета. Однако какие именно самолеты будут летать в этом году внутри республики (Ан-24, CRJ-100/200), в документе не указано. И это, видимо, не случайно. Потому что самолетов этих в расписании больше нет.

Бумажные самолетики

На сайте «Комиавиатранса» сейчас «мертвая зона». Вкладка «Расписание» пуста. Система бронирования не работает. Уже не один месяц из Сыктывкара нельзя улететь ни в Воркуту, ни в Усинск, ни в Усть-Цильму. Вообще никак. Те самые рейсы, которым только что подняли цену, существуют только на бумаге.
– Хотелось бы узнать, будет ли вообще летать самолет по маршруту Усть-Цильма – Сыктывкар?! Или люди так и будут отрезаны от «большой земли»? – это не риторический вопрос, это цитата жительницы района, который без авиации в распутицу превращается в остров. – Как добираться беременным, больным, пожилым? Чтобы рожать, женщинам вы посоветуете добираться сухопутным и водным путем? А обратно с ребеночком?
У нее есть конкретный пример: год назад отправляли на консультацию в Сыктывкар. Еще раньше – на операцию. Для Усть-Цильмы самолет – это не туристический трансфер. Это «скорая», роддом и единственная нитка, связывающая с «большой землей». И эта нитка порвалась.

Два часа «на дровах»

В прошлом году рейсы внутри республики выполняли две компании – «РусЛайн» (Сыктывкар – Воркута) и «ЮТэйр» (Усинск, Усть-Цильма). В этом сезоне в расписании их нет. Кто будет летать сейчас и будет ли вообще – вопрос, на который в «Комиавиатрансе» не отвечают.
Особое недовольство выражают жители «нефтяной столицы» Коми. В лучшие времена усинцы летали до Сыктывкара на «тушках» и «боингах», а уже в прошлом году – на допотопных «аннушках».
Ан-24 был снят с производства еще в далеком 1979 году, но до сих пор используется на внутренних авиалиниях. Эту шумную, тесную машину с двумя турбовинтовыми двигателями называют «бабушкой русской авиации». Предельный срок ее эксплуатации недавно был продлен до 60 лет. И, конечно, не от хорошей жизни – из-за санкций сегодня в России остро не хватает импортных самолетов и запчастей.
При этом билет на Ан-24 теперь будет стоить усинцам 8280 рублей – всего на тысячу с небольшим дешевле, чем на реактивный CRJ в Воркуту.
– Из Усинска летают на старых Ан-24, а цены поднимают как на реактивные, – злятся люди. Их можно понять: почему пассажир должен платить за возраст и износ, как за современный комфорт?
Для сравнения: билет на рейс Сыктывкар – Санкт-Петербург стоит менее восьми тысяч. Из Москвы до Сочи (если подобрать дешевый рейс) можно добраться за 8 тысяч рублей. А тут два часа лететь «на дровах» до Сыктывкара за такие деньги! Может, это тоже часть плана по «приоритетному развитию Арктических зон», о чем так любят говорить в высоких кабинетах.
– Кто туда поедет жить при таких ценах? – спрашивают люди. – Работы нет, медицины нет, молодежь уезжает. С кем собираются развивать Арктику?

Приезжайте, если сможете…

На фоне роста тарифов особенно сюрреалистично выглядят другие новости. С 1 февраля Ухтинское АТП поднимает цену на автобус Ухта – Сыктывкар сразу на 20 процентов. Взрослый билет – 1800 рублей. При том что плацкарт в поезде стоит 1200, а сидячий – 500. И по времени те же пять часов. Люди в шоке, но на предприятии разводят руками: запчасти, горючее, налоги…
Вот такая получается логистика: самолеты не летают, поезда идут раз в день и долго, автобусы дорожают быстрее зарплат. И все это происходит в республике, где расстояние между городами – как между европейскими столицами.
Зато в Коми недавно создано аж целое новое Министерство туризма, которое возглавила женщина из Бурятии со сложной фамилией Бадмацыренова. У нового министерства есть большое красивое здание и не менее красивая «стратегия развития». Только кому сегодня интересно ехать на ту же «Горку» в Усть-Цильму, если дорога туда влетает в копеечку? И если сама поездка – это лотерея с непредсказуемым финалом?
Ради интереса посчитаем примерно, сколько тратит казна республики на одну только женщину-министра туризма: зарплата минимум 400 тысяч в месяц. Плюс страховые взносы – 30% от фонда оплаты труда. Это еще около 120 тысяч только с зарплаты министра. Добавьте замов, сотрудников, командировки на форумы, конференции, перелеты, проживание в столичных гостиницах. Миллионов десять в год набежит легко.
А теперь представьте, что эти деньги пошли бы не на содержание аппарата, а на субсидирование рейсов. Вместимость самолета на Усть-Цильму – около 20 человек. Четыре рейса в неделю, это если туда-обратно считать. Насколько ниже был бы тариф, если бы десять миллионов вбухали не в бумажки, а в небо?
Но нет. Создали очередное министерство, тарифы подняли, а самолеты пока стоят на приколе.
– Если бы чиновники приехали на машине из Сыктывкара, они бы прочувствовали весь путь, – говорит женщина из Усть-Цильмы. – Как мамочки с новорожденными после кесарева едут домой, как люди после операций трясутся по зимникам, как больные с переломами мечтают о нормальном рейсе. Может, тогда бы поняли.
Но чиновники, скорее всего, не поедут. У них есть командировочные, служебный транспорт и твердая уверенность, что тарифы должны быть экономически обоснованными. А тот факт, что летать уже не на чем, их не волнует.
Впрочем, кое-какие варианты по выходу из кризиса все-таки предлагаются. Например, оставить за «Комиавиатрансом» аэропорты и наземное обслуживание, а перевозки отдать отдельной структуре, которая будет реально летать, а не рисовать расписание. Но пока вместо этого – тишина.
Самолеты над севером Коми сегодня не летают. Тарифы растут. Люди привыкают к мысли, что железная дорога теперь – единственный предсказуемый способ добраться из точки А в точку Б.

Кстати ______________________________________________

Местные, от винта! Кому достались 800 миллионов?

В Коми есть маленький отряд санавиации: четыре вертолета (два в Сыктывкаре, по одному в Ухте и Усинске). Но если раньше перевозкой экстренных больных занималась местная авиакомпания, то контракт на 2026 год получила питерская фирма «Национальная служба санитарной авиации» (структура «Ростеха»).
Это значит, что почти 800 миллионов рублей из фонда ОМС уйдут в Санкт-Петербург. Таким образом «Комиавиатранс», годами обслуживавший санавиацию, лишился стабильных бюджетных денег. Что только усугубляет и без того непростое финансовое положение местной авиакомпании.

Постскриптум ____________________________________________

«И не едут даже поезда»
А не хочет ли мальчик в Усть-Цильму?

В популярной песенке «Мальчик хочет в Тамбов» есть такие слова: «Но не летят туда сегодня самолеты и не едут даже поезда». На самом деле только из Москвы до Тамбова следуют десять поездов в сутки (средняя цена билета в плацкарте – 1700 рублей).
Интересно, что бы этот мальчик запел, если б ему захотелось попасть в Усть-Цильму? Поезда туда вообще никогда не ходили – нет железной дороги. В советское время район сильно выручала авиация. Уже в 1951 году Усть-Цилемский аэропорт начал принимать самолеты. Рейсы до Сыктывкара были тогда регулярными. Теперь об этом можно только мечтать.

Нина АНАНИНА.