Заслуженная артистка России, народная артистка Республики Коми Майя Быстрова 15 мая приглашает на свой бенефис. Опереттой Имре Кальмана «Принцесса цирка» артистка отметит два юбилея: 50 лет на оперной сцене и свое 75-летие.
«Принцесса цирка» – оперетта, в которой есть все: ревность, обман, коварство, любовь и, конечно же, искрометный юмор. Впервые в своей творческой карьере Майя Быстрова исполнит роль Каролины Бонвиль.
Как пройти в консерваторию?
Майю и ее сестру-близнеца Надежду в семье прозвали артистками, они любили петь дуэтом. В семь лет мать отдала девочек в музыкальную школу.
Затем Майя училась на пианистку в училище, а в консерватории – на вокальном отделении.
До приезда в Коми работала солисткой Оренбургского театра музыкальной комедии, там и вышла замуж за концертмейстера. На гастролях в Саратове увидела афишу Сыктывкарского театра, где значилась опера «Русалка», которая была ее дипломной работой в консерватории. Уговорила мужа поехать в Сыктывкар. Руководитель театра Ия Бобракова была довольна: коллектив приобрел сразу и талантливую певицу, и опытного концертмейстера.
«Жадная до работы»
– За полвека я все оперы спела, мимо меня ничего не проходило, – рассказывает Майя Васильевна. – И если мне что-то не давали, к примеру, «Тоску», сама учила роль и показывала комиссии. Жадная была до работы. Поэтому в моей творческой копилке около 200 ролей.
– А коллеги не обижались за то, что вы у них роли отбирали?
– Некоторые молодые артисты приходят в театр, а им роль не дают. Сидят год, два и ноют, ворчат: мол, не дают, надо уезжать. Я ночами не спала, учила самостоятельно, чтобы выступать. Это надо определенный характер иметь, чтобы через тернии пробираться.
Между прочим, Майю Быстрову в театре называют «палочкой-выручалочкой» или «скорой помощью». Если у кого-то голос пропадает накануне спектакля, зовут Майю Быстрову, которая все роли знает. К примеру, недавно заболела Ольга Сосновская (Майе Васильевне сообщили об этом за два часа до спектакля) – пришлось заменить.
Просто спеть – этого мало
– Театр очень эмоциональное искусство, вы согласны?
– Никакой зритель тебя не воспримет, если ты придешь и просто что-то споешь. Важен темперамент, надо сердце зрителю показывать. Иначе нет смысла выходить на сцену. Когда я пела в «Фаусте» Маргариту, где она умирала в конце, на следующий день не могла подняться. У меня было жуткое состояние – не могла выйти из образа.
– Сейчас пошла тенденция быстро ставить спектакли, чтобы показать больше нового за сезон. Это правильно?
– Это плохо. Мы с Ией Петровной, допустим, ставили оперу в течение трех месяцев. Это была скрупулезная работа, а сейчас на раз-два слепили – и вперед. К примеру, в репертуаре нашего театра был спектакль «Мертвые души», ставил Акулов, который вытащил гоголевскую сатиру, а в последней, новой версии ее нет. Да, бегают, прыгают, но и только… Думаю, надо глубоко копать, чтобы спектакль жил, а не уходил пустышкой. Я за то, чтобы классику не переделывали – получается всегда хуже. Когда-то
возили «Царскую невесту» за рубеж, мне сказали, что я должна в спектакле чистить картошку. Я, конечно же, отказалась, осталась верна прежней постановке в редакции Ии Петровны. Кстати, сейчас этот спектакль вошел в «Золотой фонд» ста лучших спектаклей России. Я была права в том, что этот спектакль не надо превращать в капустник.
В сказках сердцем отдыхаешь
– Вы в разных жанрах играете. Будь то сказка или опера, надо выкладываться на сто процентов?
– Конечно. Надо быть убедительной. Лису в «Золотом цыпленке» играла тридцать лет (моя Лиса была очень коварной, ходила с топориком, хотела съесть цыпленка) и помню такой случай. Были где-то на гастролях, во время спектакля на сцену выбежал мальчик и кричит мне: «Я тебя убью!».
– И как вышли из положения?
– Чуть отошла, сделав вид, будто испугалась, а родители или кто-то из взрослых стащили его со сцены. Кстати, в сказках я с удовольствием играю. Ведь сердцу надо где-то отдыхать между опер, таких как «Травиата», «Тоска», «Русалка».
Однажды на меня едва не свалилась декорация. Трехметровый дом стоял на сцене, я проходила через дверь. Хорошо, что успела отойти. Видимо, рабочие плохо закрепили. Еще была такая ситуация: сидела я в трехметровом лотосе и пела Баядеру: «О, приди, позови…» Какой-то пьяный монтировщик нажал на круг, и декорации все полегли. Пришлось закрыть занавес.
Не надо смешивать
– Оперные певицы всегда привлекали мужское внимание.
– Дорогие подарки я никогда не брала, только цветы. Мой муж был старше меня и очень строгий. Да и я была однолюб. Многие думают, что актрисы легкомысленные женщины. Это далеко не так. Ну, подошел кто-то, рассыпался в комплиментах – это ничего не значит. Ради комплиментов нельзя предавать человека, с которым живешь.
– Говорят, чтобы играть любовь, надо хотя бы немного влюбиться в партнера.
– Сцена – это сцена, а жизнь это жизнь, и не надо их смешивать.
– Бывает, что «возрастную» роль поет молодой артист или наоборот.
– Я считаю, это неправильно. Возраст все-таки должен соответствовать роли. Когда я в свое время поняла, что нужно переходить на характерные роли, ничуть не пожалела. Каждый возраст, если есть голос и талант перевоплощения, в театре востребован.
– У вас есть свой рецепт, как сохранить голос?
– Аскетическая жизнь. Я себе не позволяю многое: не пью, не курю, стараюсь отдохнуть перед спектаклем. Голос мстит и очень жестко, если его не беречь.
Беседовала Екатерина МАКАРОВА.