«Он приехал в отпуск, а добраться до дома не может. Сидит в Троицке и ждет, когда власть договорится сама с собой. А дома – родные, которые не видели его больше года». Эта история не сюжет военной драмы, а рядовая, к сожалению, ситуация апреля 2026-го в Троицко-Печорском районе. Участник СВО, прибывший на побывку, на несколько дней застрял в райцентре.
Дело в том, что транспортное сообщение с его родной деревней Еремеево просто исчезло. И этот случай – лишь вершина айсберга, под которым оказались сотни жителей не только Приуральска с Еремеево, но и целого ряда сел в Усинском, Ижемском, Усть-Цилемском, Интинском районах, где вертолет в распутицу пока еще остается единственной ниточкой к цивилизации.

Что случилось с небом?

Поселок Приуральский, где проживает 338 человек, деревня Еремеево со 178 жителями, а также Усть-Илыч и Палью находятся за рекой Илыч. В период весенней распутицы, когда зимники раскисают, а переправы закрыты, единственным регулярным способом связи с райцентром всегда был вертолет. В этом году график полетов рассыпался, едва появившись.
31 марта администрация района объявила о
возобновлении вертолетных рейсов, было опубликовано расписание. Однако, как сообщают местные жители, состоялось всего три-четыре вылета, после чего авиасообщение прекратилось. «Люди купили билеты в кассах. Третий рейс был внезапно отменен», – описывают ситуацию в поселках. Причину объяснили нехваткой средств. По словам местных, в Комиавиатрансе пояснили: республика не оплатила услуги по перевозке, а квота рейсов, выполненная с 2023 года, исчерпана.
В подтверждение этих слов можно обратиться к открытым данным о бюджете республики. Цифры, доступные для анализа, показывают существенную разницу в планировании. Если в 2025 году на субсидии для воздушных перевозок пассажиров по региону было выделено 618 миллионов рублей, то в 2026-м эта строка сократилась до 71 миллиона. То есть сумма уменьшилась в 8 раз!
На речных перевозках сумма осталась на уровне 7 миллионов, но, по информации от представителей отрасли, республика еще не до конца рассчиталась с перевозчиком за навигацию прошлого года.
А финансирование автотранспортных перевозок, предусмотренное в 2025-м в объеме 260 миллионов, в бюджете текущего года вообще обнулено!
Решение о таком распределении средств принималось на уровне правительства региона – именно республиканский бюджет несет ответственность за авиаперевозки, что подтверждают и в администрации района, и в Минтрансе Коми.

Две «подушки» – разная судьба

На фоне вертолетного коллапса внимание жителей приковано к технике, которая уже не первый год обещает стать спасением. В 2023 году Республика Коми передала Троицко-Печорскому району два судна на воздушной подушке (СВП) специально для перевозки людей из-за реки в распутицу. Судьба у этих двух машин сложилась по-разному.
Одно судно осталось в ведении районной администрации и сейчас эпизодически выходит в рейсы для оказания экстренной помощи. Именно оно 15 апреля, в сопровождении спасателей, вывезло из Приуральска семерых пассажиров, а позже доставило продукты, почту и пенсию. Но эти выходы – разовые, без расписания и без гарантий обратного пути.
Второе судно было передано подведомственному учреждению с прицелом на организацию полноценных коммерческих рейсов – регулярных, с продажей билетов, по установленным тарифам. Однако, по информации от администрации, запустить его так и не удалось. Необходимый комплекс мер – регистрация судна, получение разрешительной документации, создание инфраструктуры стоянок, аттестация капитана с дипломом на управление именно этим типом СВП – так и не завершен. Предыдущий руководитель учреждения, курировавший процесс, покинул должность, и вопрос, как признают чиновники, оставили в «долгом ящике».
Вот уже почти два года второе судно стоит без движения. Депутат района от Приуральского, ссылаясь на беседу с начальником транспортного комплекса Минтранса Коми, привела еще один красноречивый факт: министерство предлагало администрации района софинансировать эксплуатацию судна по принципу «50 на 50», чтобы, пока решается вопрос с вертолетами, обеспечить доставку людей. Ответ из района, по ее словам, звучал так: «Острой необходимости такой нет, чтобы это судно делало рейсы».
Позднее представители администрации заявили, что искали подготовленного капитана, но подходящего кандидата так и не нашли.

Разовое спасение не заменит системы

Экстренные выходы «подушки» не смогли снять напряжения. Те, кто выехал в райцентр по медицинским делам, не знают, когда и как смогут вернуться домой. «Двое отказались выезжать, потому что не были уверены в обратной дороге», – рассказывают местные жители.
Перевозка осложнена ограничениями: ручная кладь до пяти килограммов, вместимость судна жестко лимитирована.
«Для такого поселка, как Приуральский, нужен вертолет. Люди с радикулитами у нас не ездят, что ли? А нам говорят: кладь не больше пяти кило. Лично мне надо выехать надолго, за пределы республики. Уже бы хоть раз в неделю этот вертак запустили. Не все на лодке ехать могут, здоровье не позволяет», – говорят приуральцы.

Перекличка отрезанных

Беда, наглядно обнажившаяся в Троицко-Печорском районе, оказалась лишь частью общей картины, которая проступает по всей республике. В распутицу на вертолетное сообщение завязаны десятки отдаленных сел.
В Усинском районе, например, села Усть-Лыжа, Мутный Материк, Шельябож и Денисовка не имеют наземной связи с райцентром ни в межсезонье, ни в остальное время – только река летом, зимник зимой, а в распутицу исключительно вертолет.
По информации от жителей этих сел, на анонсированный ранее рейс в конце апреля билетов в кассе не продают. Запись ведут вручную, комментируя коротко: «Не знаем еще, что будет 27-го».
В Ижемском районе жители поселка Том не могут отправить посылки и добраться до райцентра без крюка через Сосногорск в три сотни километров – вертолет перестал летать, все опять уперлось в республиканские власти.
В Усть-Цилемском районе вертолет остается единственным транспортом для сел от Нерицы до Синегорья и с Окунева Носа до Харьяги. В Интинском – для Петруни, Адзьвавома, Косьювома. Пока винтокрылые машины туда еще летают, но бюджетная строка, из которой оплачиваются эти рейсы, стремительно тает, и у жителей крепнет ощущение: не ровен час и они могут разделить участь троицко-печорских сел.

«Что нам делать?»

Тон разговоров в соцсетях и коллективных обращениях – отчаяние, смешанное с горькой иронией: «Остались отрезанными от «большой земли»! В больницу не попасть, после лечения домой не вернуться. Что нам делать?!». «Сладкой жизни вам не обещаем», – написала в ответе администрация одному из жителей, у которого в Приуральске остался престарелый отец. А в разговорах то и дело всплывает тема предстоящих выборов и критика «партии, которая только обещает, а ничего не делает для жителей Приуральска, Еремеево, да и других жителей района».
Жители Приуральска и Еремеево уже направили коллективное обращение на имя главы Республики Коми с требованием возобновить вертолетные рейсы. В своем письме они ссылаются на Конституцию, гарантирующую свободу передвижения, и на государственную программу «Комплексное развитие сельских территорий», называя транспортную доступность не вопросом удобства, а условием выживания.

Люди слушают тишину

Можно ли было иначе подойти к проблеме, которая повторяется каждую весну и осень? В Минтрансе республики, по словвм депутата, обещают работать над возобновлением вертолетных рейсов хотя бы раз в неделю. В администрации района, несмотря на прежнюю позицию об отсутствии острой необходимости, все-таки пошли на разовые выходы СВП.
Но время уходит: лед на Илыче, по данным Коми ЦГМС, уже слабый, съеден оттепелью, скоро ледоход, а за ним — прогнозируемое аномально жаркое лето с мелководьем, которое поставит под вопрос и лодочное сообщение.
В администрации Троицко-Печорского района подчеркивают: оснований для введения режима ЧС нет, вопрос находится на уровне правительства Коми.
В правительстве же решение о параметрах бюджета уже принято. Для отдаленных сел это означает одну простую вещь: гарантий того, что вертолет вернется, пока нет.
Люди просят немногого – понятного графика, билета в кассе и шанса доехать до дома и до больницы.
Пока же на берегу Илыча и Печоры продолжают всматриваться в небо и вслушиваться в тишину – не донесется ли долгожданный гул винтов.

Нина АНАНИНА.