В Сыктывкаре возле Вечного огня есть доска с барельефами полных Кавалеров ордена Славы. В их ряд мог бы попасть и Дмитрий Кохановский, поскольку у него этих заслуженных орденов даже не три, как у остальных, а пять. Столько и даже больше подвигов он совершил во время Великой Отечественной войны. Увы, в послевоенные годы он был лишен всех наград за преступления, мотивы которых можно понять, но нельзя оправдать и простить.
О непростой судьбе этого человека, оказавшегося в Коми крае не по своей воле, рассказали краеведы на юбилейной экскурсии «10 лет пешком по Усть-Сысольску».

Славное лето 1944 года

Дмитрий Иосифович появился на свет в 1914 году в маленьком украинском городе Казатине в еврейской и, вопреки сложившемуся стереотипу, рабочей семье. Повзрослев, он перебрался в Киев, где женился и вскоре у него родилась дочь. Свою семью он обожал, а расстался с ней в самом начале войны, получив повестку из военкомата.
Поначалу киевлянин попал в стрелковую часть запасного полка, который был передислоцирован на Урал. Но к началу битвы на Волге его вместе со всем полком перебросили под Сталинград. Неизвестно, как он выжил в этом аду, но сражался Кохановский храбро, за что и удостоился медали «За оборону Сталинграда».
За этим сражением последовала не менее знаменитая Курская битва, в которой Дмитрий Иосифович принял участие в качестве командира отделения разведчиков. Накануне этого события он узнал страшную новость: все родные Дмитрия, как и другие евреи, были убиты в Казатине Айнзацкомандой. Это известие ожесточило сержанта Кохановского, и с этого времени им владело только одно чувство – мстить и мстить врагам за гибель родственников.
Свой первый подвиг он совершил в ночь на 11 июня 1944 года в районе деревни Светоцен Волынской области. Отделение Кохановского направили в тылу врага с заданием захватить пленного. Но неожиданно на них вышла группа немцев в количестве двадцати человек. Подпустив их на близкое расстояние, Дмитрий Иосифович открыл огонь из своего автомата и часть из них уничтожил. Остальные немцы в страхе бежали. Кохановский догнал их и уничтожил в рукопашной схватке. За проявленную доблесть он удостоился ордена Славы 3-й степени.
Второй подвиг не заставил себя долго ждать. Спустя несколько дней отделению Кохановского поручили добыть пленного. Разведчики скрытно переплыли реку Турью и проникли сквозь многочисленные проволочные заграждения и заминированные участки перед немецкой линией обороны. Но во вражеской траншее они наткнулись на группу немцев. Кохановский открыл по ним огонь и ринулся на огневые позиции. В завязавшейся схватке разведчики смогли оглушить и связать ремнем немецкого пулеметчика и уничтожить остальных. Командир отправил трех разведчиков вместе с пленным в сторону своих позиций, а сам остался отвлекать немцев.  Задача была выполнена, «язык» дал нужные показания, а Дмитрий Иосифович был представлен к ордену Славы 2-й степени.
Еще одним орденом Славы 2-й степени Кохановского наградили за то, что в ночь на 3 июля 1944 года, действуя во вражеском тылу в группе захвата, он со своими бойцами в завязавшейся рукопашной схватке уничтожил более десяти вражеских солдат и одного взял в плен. «Язык», документы убитых и их личное оружие были благополучно доставлены в штаб дивизии.
Наконец в ночь на 7 августа сержант Кохановский первым из группы захвата ворвался во вражескую траншею, убив двух солдат противника. В бою он получил ранение, но остался в строю. Зато в плен его группа взяла двух «языков», а 17 солдат и офицеров противника уничтожила. За это командира пожаловали третьей наградой того же класса.
А вот вручили разведчику только один орден Славы 2-й степени. Причина тому, видимо, в обычной неразберихе с документами.

В самом логове

Когда Советская армия перешагнула государственную границу СССР, Кохановский сражался столь же отчаянно, как и ранее. Он участвовал в Варшавско-Познанской и Берлинской операциях, форсировал реки Висла и Одер.
19 апреля 1945 года во время прорыва вражеской обороны на западном берегу Одера в районе города Лебус Кохановский, несмотря на массированный вражеский артиллерийский и минометный огонь, первым ворвался в расположение противника и забросал гранатами гарнизон дзота. Прямо на поле боя оказал первую медицинскую помощь троим бойцам, получившим тяжелые ранения.
Через десять дней в бою за немецкий город Шторков, он проник в захваченный вражескими солдатами каменный дом, превращенный в опорный пункт, и из личного оружия уничтожил пулеметный расчет, а также захватил в качестве трофея немецкий станковый пулемет вместе с запасными стволами в чехле и патронами. За отличие в этом бою он был награжден орденом Красной Звезды.
Уже после Победы за «отвагу и геройство, проявленные в боях с немецкими захватчиками в Великой Отечественной войне», старший сержант Кохановский был награжден орденом Славы 1-й степени. Он стал полным кавалером ордена Славы, однако эту последнюю награду получить не успел и даже не знал он ней.
Оказавшись в Берлине, самом логове нацизма, Дмитрий Иосифович, оставленный здесь для продолжения службы, мог бы посчитать свою миссию исполненной. За своих погибших в Казатине родных он отомстил сполна. Но он узнал еще одну страшную новость. Мстить немцам в бою он уже не мог, а потому совершил то, что называется не подвигом и преступлением.

За грабеж и насилие

В июне 1945 года в поверженном Берлине Кохановский случайно встретил своего земляка, который рассказал ему подробности гибели его жены, пятилетней дочери и родителей. Жена и дочь были расстреляны в Бабьем Яру осенью 1941 года. Отца и мать, по словам знакомого, сожгли в сельском клубе.
Нетрудно представить, что творилось в душе старшего сержанта. И обозленный на немцев, он отыгрался над теми, кто никакого отношения к зверствам нацистов иметь не мог. За то и поплатился. Согласно материалам уголовного дела, Дмитрия Иосифовича арестовали за грабеж и насилие над мирным немецким населением. На допросах он признался лишь в грабеже, мотивируя это местью, а изнасилования немецких женщин категорически отрицал. Тем не менее, в августе 1945 года военный трибунал 94-й гвардейской стрелковой дивизии приговорил его к четырем годам лишения свободы. Отбывать срок героя отправили в далекую Инту.
Интинский исправительно-трудовой лагерь еще в первые месяцы войны выделили из Воркутлага. Заключенные трудились на разработке и эксплуатации Интинского угольного месторождения, геологоразведке, строительстве Интинской ЦЭС, сельском хозяйстве и лесозаготовках. Первый уголек подневольные шахтеры выдали на-гора уже в октябре 1942 года, когда Кохановский бился с немцами под Сталинградом.
Став шахтером, Кохановский рубил уголь столь же яростно, как бил фашистов. Но теперь им двигала не месть, а чувство вины за содеянное, и за ударный труд его наградили почетной грамотой. Это, конечно, не то, что ордена Славы, но в каком-то смысле мирная награда оказалась даже более ценной, поскольку позволила досрочно выйти на свободу. Уже летом 1947 года он был освобожден по амнистии.

Постскриптум ________________________________________________________

Горестное возвращение. Бывший герой стал стахановцем, но наград назад не получил

Выйдя из лагеря, Дмитрий Кохановский, увы, не героем, а изгоем, вернулся в Киев, где никто его не ждал. Но надо было жить дальше, и он устроился слесарем завода «Киевполиграфмаш». Трудился бывший разведчик также ударно, как и в Инте, стал стахановцем, получал премии и неоднократно ходатайствовал о возвращении изъятых при аресте наград. Однако добился он лишь того, что в 1949 году Указом Президиума Верховного Совета СССР за совершенные преступления, порочащие звания орденоносца, его лишили орденов Славы 2-й и 3-й степени и Красной звезды. В ходе дополнительной проверки выяснилось, что ему не вручили еще два ордена Славы 2-й степени и один орден Славы 1-й степени. В 1953 году вышел еще один Указ Президиума ВС СССР, лишивший его и этих наград.
Сведения о его смерти весьма противоречивы. По одной версии, он в августе 1990 года эмигрировал в Израиль, где спустя два года скончался в городе Маалот. Однако есть информация, что он в эту страну не въезжал, и на кладбище Маалота нет его могилы.

Кстати ____________________________________________________

По примеру Георгиевского креста

Солдатский орден Славы был учрежден Президиумом Верховного Совета СССР 8 ноября 1943 года, и первоначально его предполагалось назвать именем Багратиона. По своему статуту и цвету ленты он почти полностью повторял одну из самых почитаемых в дореволюционной России наград – Георгиевский крест и имел три степени.
Полных кавалеров ордена Славы насчитывается 2656 человек. Самым молодым из них стал командир орудия, гвардии младший сержант Иван Кузнецов. Он был представлен к ордену Славы I степени в возрасте 16 лет. А самым старшим – стрелок Иван Ширяев, родившийся 29 сентября 1891 года. За различные преступления 15 человек были этих наград лишены.
А вот награжденных пятью орденами Славы всего трое. Кроме Дмитрия Кохановского, это старшина Тимофей Грубый, воевавший на фронтах Великой Отечественной войны с 23 марта 1944 года и участвовавший в освобождении Украины, и связист Николай Литвиненко. Свою первую награду Николай Евгеньевич получил за то, что в ходе тяжелого наступательного боя устранил 56 повреждений линии связи командира батальона, при этом лично уничтожил 12 немецких солдат.
В отличие от Кохановского, они оба сохранили свои ордена. Тимофей Грубый до выхода на пенсию работал в колхозе плотником, а Николай Литвиненко, после войны жил возле Красноярска и служил егерем в лесхозе.

Игорь БОБРАКОВ.